За 73% исчезновений судов отвечают одни и те же корабли
Одиннадцать рыболовных судов — всего лишь 73% всех «тёмных» переходов у берегов Западной Африки. Именно к такому выводу пришли криминологи из Florida International University (FIU), проанализировав данные о судах, которые намеренно отключают свои автоматические идентификационные системы (AIS) вблизи морских границ. Суда исчезают с радаров на часы, а иногда на дни и недели — и снова появляются в неожиданных местах. Исследователи выяснили: это не случайные сбои, а устойчивая закономерность, которую можно использовать для борьбы с нелегальным рыбным промыслом.
Что такое «тёмные» переходы и при чём тут флаги удобства
AIS — это система, которая передаёт координаты, курс и скорость судна. Рыбаки обязаны держать её включённой, но на практике многие отключают передатчик, чтобы скрыть свои перемещения. Такие эпизоды исследователи называют «тёмными» переходами. В новой работе, опубликованной в журнале Applied Geography, учёные изучили более 3600 подобных случаев за три года у побережья 23 стран региона.
Особое внимание привлекли суда под «флагами удобства». Это практика, когда владельцы регистрируют судно не в своей стране, а в государстве с мягким регулированием и низким уровнем контроля. Сама по себе такая регистрация законна, но она создаёт благоприятную среду для нарушений. Как показал анализ, суда под флагами удобства совершали в среднем в пять раз больше «тёмных» переходов на одно судно, чем остальные. Кроме того, почти половина их исчезновений начиналась или заканчивалась за пределами исключительных экономических зон (ИЭЗ) — то есть в водах, где контроль особенно ослаблен.
Где именно пропадают суда
Тёмная активность не распределена равномерно. Исследователи обнаружили, что она концентрируется в двух местах: в Гвинейском заливе и вдоль внешних границ исключительных экономических зон. Именно там ответственность за патрулирование переходит от одной страны к другой, а ресурсы береговой охраны ограничены. При этом суда остаются вблизи богатых рыбных районов — соблазн слишком велик.
Показательный пример: судно, которое отключает AIS у границы ИЭЗ, исчезает на несколько часов, а затем снова появляется чуть дальше. Такое поведение выглядит крайне подозрительно. Оно может означать, что экипаж вошёл в чужие воды, чтобы вести незаконный лов, оставаясь незамеченным.
Почему криминология работает в открытом океане
Криминологи давно знают: преступления чаще всего совершаются там, где много возможностей и мал риск быть пойманным. Океан — не исключение. Авторы исследования применили методы, обычно используемые для анализа уличной преступности, к данным глобального спутникового слежения. Выяснилось, что закономерности преступного поведения на суше и на море удивительно похожи.
Это открытие меняет подход к контролю. Вместо того чтобы проверять каждое судно под флагом удобства, можно сосредоточиться на самых частых нарушителях. В данном случае — всего на 11 кораблях. Опросив экипажи, проверив документы и осмотрев улов, инспекторы могут выявить не только незаконный промысел, но и другие преступления — например, нарушения трудового законодательства или перевозку контрабанды.
Что предлагают исследователи
По мнению авторов, странам региона нужны геоинформационные системы, которые автоматически фиксируют вход судна в зону риска и отключение AIS. Такие «умные» барьеры могли бы отправлять сигнал тревоги при подозрительных манёврах. Дополнительными мерами могут стать конфискация судов за повторные нарушения и лишение страхового покрытия — последнее особенно болезненно, ведь без страховки корабль теряет доступ во многие порты мира.
«Вам не нужно отслеживать и обыскивать каждое судно под флагом удобства. Достаточно выявить самых хронических нарушителей и проверить именно их», — поясняет Стивен Пайрес, один из авторов исследования.
Пока остаётся открытым вопрос: как убедить страны с ограниченными ресурсами внедрить такие технологии? Ведь для этого нужны не только средства, но и политическая воля. Возможно, ответ кроется в международном сотрудничестве и давлении со стороны крупных импортёров рыбы. Если покупатели начнут требовать прозрачности происхождения улова, у нелегальных операторов просто не останется рынка сбыта.
