Почему римский акведук в Ниме перестал подавать воду? Ответ в камне

Римский акведук в Ниме исправно служил почти три столетия, но около 270 года нашей эры вода в город просто перестала поступать. Учёные из Университета Майнца, изучив карбонатные отложения на стенах канала, восстановили подробную историю этого водопровода. Вывод оказался неожиданным: по всей видимости, город обезлюдел во время эпидемии, известной как чума Киприана.

Карбонатные слои как летопись

Проточная вода оставляет на каменных стенках твёрдый осадок. На протяжении десятилетий он нарастает слоями, напоминая годичные кольца деревьев: по толщине и составу каждого слоя можно судить о погоде, объёме воды и даже о действиях людей. Такие «карбонатные архивы» и стали главным источником данных для исследовательской группы доктора Гюль Сюрмелихинди и профессора Кееса Пасхера.

Учёные извлекли образцы из десяти точек вдоль 50-километрового акведука, включая участки знаменитого моста Пон-дю-Гар. Затем с помощью изотопного анализа определили, что происходило с потоком воды в разные периоды.

• Толщина слоёв указывает на объём протекавшей воды;
• изотопный состав — на температуру и сезонность;
• включения глины и песка — на перебои в обслуживании.

Результаты работы, о которой рассказывает портал Phys.org, опубликованы в журнале Geoarchaeology.

Засуха заставила искать новый источник

В основании всех образцов лежит карбонатный слой толщиной около двух сантиметров, покрытый тонкой плёнкой глины. Она отложилась в первые 11 лет работы акведука, построенного около 50 года н.э. Состав глины указывает на сильную засуху в западном Средиземноморье — событие, которое упоминает в своих трудах римский историк Тацит.

Хронология вмешательств читается по слоям достаточно отчётливо:

1. после 11 лет эксплуатации появился карбонат другого типа — подключили второй источник;
2. стены канала подняли и укрепили контрфорсами, чтобы пропускать больше воды;
3. следы этих перестроек до сих пор видны на Пон-дю-Гар.

По словам Пасхера, природа отложений меняется сразу после 11-летней отметки: вместо прежнего осадка появляется слой, сформированный другой водой. Дополнительный источник должен был гарантировать бесперебойное снабжение города даже в засушливые годы.

Половина воды ушла на поля

Около 150 года н.э. карбонатные слои стали заметно тоньше. Это значит, что уровень воды в канале упал. При этом город, судя по археологическим данным, не испытывал острой нужды в воде. Вместо этого примерно половина потока направлялась на орошение окрестных земель.

Учёные считают, что подобный отбор был практически официальным. Слишком большой объём ресурса, чтобы списать его на незаконный забор. Вероятно, за этим стояли влиятельные землевладельцы, имевшие достаточно власти, чтобы перенаправить воду на свои угодья.

Дальше акведук работал почти без сбоев ещё около ста лет, хотя до городских фонтанов доходила лишь часть исходного потока. Власти, по-видимому, сознательно жертвовали городским комфортом ради сельского хозяйства.

Чума и конец водоснабжения

С середины III века цвет и структура осадка изменились. Карбонат стал пористым, в нём появились глина и песок — явный признак того, что за каналом перестали следить. Империя переживала тяжёлый экономический кризис, и на периферии это ощущалось особенно остро.

Около 270 года отложения возле города прекращаются. Подача воды в Ним была полностью остановлена. Исследователи связывают это с чумой Киприана — пандемией, бушевавшей в Римской империи в 250–270 годах. Болезнь унесла множество жизней в Риме и Северной Африке, а теперь появились косвенные свидетельства того, что она затронула и юг Галлии.

Гипотезу поддерживает пример города Каор, расположенного примерно в 300 километрах к западу от Нима. Изучение его карбонатных отложений показало, что в тот же период город переживал глубокий кризис. Это укрепляет версию о том, что эпидемия ударила по целому региону, а не только по отдельным центрам.

Деревня не хотела прощаться с водой

Город лишился воды, но сельская местность продолжала пользоваться акведуком ещё примерно 140 лет, вплоть до V века. Люди пробивали отверстия в боковых стенах канала, чтобы отводить воду на поля. Из-за постоянных протечек наружные стены покрылись массивными известковыми натёками.

Восстановить городское водоснабжение было технически возможно. Однако никто за это не взялся.

«Город мог легко отремонтировать акведук в течение этих 140 лет, — говорит профессор Кеес Пасхер. — Однако, судя по всему, снижение плотности населения и городского богатства было необратимым».

Отложения не рассказывают имён и судеб, но они фиксируют важный исторический рубеж: когда-то процветающий город перестал нуждаться в инфраструктуре, созданной в эпоху Pax Romana.

Что произошло с жителями Нима на самом деле? Была ли это именно чума Киприана, или город опустел по другой причине? Карбонатные слои дают лишь косвенный ответ, но он заставляет пересмотреть привычную картину упадка Римской империи. Возможно, дальнейшие раскопки в южной Галлии прольют свет на то, как эпидемии меняли карту античного мира.