Почему дальность броска так различается? Биология и опыт действуют вместе
Разница в метании предметов между взрослыми мужчинами и женщинами достигает примерно двух стандартных отклонений. По масштабу это сопоставимо с разницей в росте между полами, которая считается одной из самых заметных физических особенностей человека. Именно столь внушительный разрыв в метании стал предметом нового научного спора о роли природы и воспитания.
Одно из расхожих объяснений звучит просто: мальчики больше играют в мяч, больше практикуются и поэтому показывают более высокие результаты. Однако в свежем комментарии, опубликованном в журнале Evolutionary Psychological Science, Роберт Динер и Майкл Ломбардо утверждают, что одна лишь социализация не способна объяснить всю глубину этого различия. Исследователи предлагают рассматривать метание как продукт взаимодействия биологических предрасположенностей и опыта.
Эволюционная гипотеза и древние условия жизни
Динер и Ломбардо опираются на идею о том, что у предков человека отбор по-разному действовал на мужские и женские способности к метанию. По их гипотезе, мужчины чаще сталкивались с задачами, требовавшими силы и точности броска: охота на крупную дичь, добывание высококалорийной животной пищи, защита от хищников. В течение многих поколений постоянные нагрузки могли закрепить анатомические, физиологические и поведенческие черты, поддерживающие метание.
Эта черта не обязана была проявляться с рождения в полностью готовом виде. Подобно ходьбе или речи, способность метать складывается из взаимодействия врождённых возможностей с практикой и социальным опытом. Дети получают разный уровень поощрения играть с мячом, но и изначальные различия в интересах или физических возможностях влияют на то, какие занятия ребёнок выбирает сам и как на его действия реагируют взрослые.
Авторы подчёркивают, что их эволюционная модель не строится на упрощённом образе «охотника-мужчины». Они признают, что в некоторых обществах женщины тоже охотятся, однако количественные данные показывают: мужчины чаще охотятся, добывают более крупных животных и обеспечивают группам существенно больше мяса. Такие закономерности делают правдоподобным предположение о более сильном отборе на метательные способности у мужчин.
Анатомия, гормоны и спортивные результаты
Доводы Диннера и Ломбардо не ограничиваются детскими играми. Они обращают внимание на необычно большую разницу между результатами мужчин и женщин у метателей копья. Спортивная статистика фиксирует устойчивый разрыв, который не сглаживается даже при сопоставимых условиях тренировок. Похожие различия наблюдаются и в точности бросков, хотя здесь пока меньше данных.
Отдельная линия аргументов связана с пренатальными гормонами. Уровень мужских половых гормонов, действовавших на плод во время беременности, исследователи связывают с более типичным для мальчиков двигательным поведением в детстве. Сюда добавляются анатомические различия: строение плечевого пояса и руки у мужчин в среднем оказывается более приспособленным к мощному броску.
Любопытно, что большие различия обнаруживаются и в обществах, где и мальчики, и девочки имеют достаточно возможностей для игры в мяч, и там, где такой практики почти нет. Тренировки улучшают результаты девочек, но обычно не устраняют разрыв полностью. В детстве мальчики и девочки бросают предметы с разной дальностью при примерно равных нагрузках. Во взрослом возрасте разница становится максимальной.
Критика исследования о десяти младенцах
Спор возник не на пустом месте. Биолог Энн Фаусто-Стерлинг утверждала, что различия в раннем социальном опыте детей и в возможностях играть в мяч могут целиком объяснить формирование разрыва в метании. Авторы нового комментария считают это объяснение неполным и даже называют его «гипотезой чистой доски», не подкреплённой надёжными свидетельствами.
Они указывают, в частности, на исследование всего десяти младенцев — пяти мальчиков и пяти девочек. Наблюдения за взаимодействием матерей с детьми позволили предположить, что матери по-разному вовлекают детей в игру с мячом. Но, по мнению авторов, такой объём выборки не позволяет доказать, что именно общение с матерью привело к различиям в интересе к мячам. Кроме того, в исследовании не рассматривался тот самый сильный и точный бросок с размаху, о котором идёт речь в эволюционной гипотезе.
Природа и среда не должны соперничать
Центральная мысль нового комментария заключается в том, что эволюция и социальный опыт — не альтернативы, а взаимодополняющие факторы. Адаптации должны проявляться через процессы развития, и доказательство того, что среда способствует формированию признака, вовсе не означает, что среда создаёт его с нуля. Такой подход позволяет увидеть, как биология и культура работают в одном направлении.
Адаптации должны возникать через процессы развития, а доказательства вклада социального опыта в признак не означают, что опыт полностью его объясняет.
Авторы признают ограниченность части своих данных. Например, результаты по точности бросков построены на одном или нескольких исследованиях, а количественные сведения об охоте могут не отражать все человеческие общества. Тем не менее они настаивают: гипотеза, объясняющая разницу в метании исключительно социализацией, не подтверждается имеющимися фактами.
Практический вывод из этого спора может оказаться неожиданным: вместо выбора между объяснениями стоит принять оба. Тренировки действительно способны сократить разрыв в метании, но полное стирание границы маловероятно. Как далеко удастся продвинуться с помощью практики — вопрос, который может оказаться более продуктивным, чем поиск единственной причины.
