Как зоолог Десмонд Моррис изменил наше представление о человеческой природе
Более 20 миллионов человек в 23 странах мира купили книгу, которая в 1967 году буквально выбила почву из-под ног у консервативного общества. Десмонд Моррис, выдающийся британский зоолог и художник, скончавшийся в возрасте 98 лет, совершил дерзкий поступок: он лишил человека ореола святости и представил его как голую обезьяну. Пока теологи рассуждали о подобии божьем, Моррис методично доказывал, что за накрахмаленными воротничками и сложными социальными ритуалами скрываются гены приматов, все еще подчиняющиеся эволюционным импульсам.
Биология вместо божественного провидения
Идея о том, что Homo sapiens — это всего лишь эволюционировавшее животное, не была откровением для узкого круга антропологов. Однако для широкой публики второй половины XX века, жившей в менее секулярную эпоху, труд Морриса стал настоящим потрясением. Успех его главной работы был настолько ошеломляющим, что даже спустя полвека, в 2017 году, Италия отправила на конкурс Евровидение исполнителя с танцующей гориллой, отдавая дань уважения наследию Морриса.
Многие современные исследователи, анализируя эволюционные системы человеческого поведения, признают, что именно Моррис сделал науку о приматах частью массовой культуры. Он писал свою самую известную книгу в бешеном темпе — всего за четыре недели, вдохновляясь наблюдениями, сделанными во время работы куратором млекопитающих в Лондонском зоопарке. Для него человек никогда не был отдельной сущностью; он оставался биологическим видом, чьи претензии на исключительность разбивались о честную зоологическую справку.
Конфликт с феминизмом и ловушки урбанизации
Карьера Морриса не была гладкой прогулкой по академическим залам. В какой-то момент он стал мишенью для критики со стороны феминистского движения и части научного сообщества. Камнем преткновения стало его утверждение о жесткой биологической прошивке гендерных ролей. По мнению зоолога, мужчины и женщины эволюционировали для выполнения разных задач: охоты и ведения домашнего хозяйства соответственно.
- Разделение труда сформировало психику предков на протяжении миллионов лет;
- Современная деловая среда — это лишь суррогат доисторических охотничьих угодий;
- Урбанизация создала условия, при которых конкурентные мужские черты ценятся в бизнесе выше;
- Социальная структура городов несправедливо благоприятствует мужчинам из-за их эволюционного бэкграунда.
К 93-летию в интервью журналу The Oldie Моррис признал, что городская жизнь закрепила дисбаланс, который стал анахронизмом. Он не пытался оправдать неравенство, но настаивал, что игнорировать биологические корни поведения — значит обманывать самих себя.
Шоу Большой брат под микроскопом антрополога
Когда в 2000-х годах телевидение захлестнула волна реалити-шоу, Моррис не остался в стороне. Пока одни видели в программе «Большой брат» низкосортное развлечение, зоолог разглядел в нем идеальный вольер для наблюдения за человеческим видом. Он писал колонки, анализируя действия участников с точки зрения антропологии: как формируются иерархии, как проявляется агрессия и какими методами особи завоевывают внимание аудитории.
Этот интерес к популярной культуре шел рука об руку с его соперничеством (пусть и дружеским) с Дэвидом Аттенборо. Оба использовали новый на тот момент медиум — телевидение, чтобы принести зоологию в каждый дом. Но если Аттенборо вел репортажи из дикой природы, то Моррис предпочитал препарировать повседневность, доказывая, что мы никуда не ушли от своих корней.
Обезьяна с кистью и личная горечь
Мало кто знает, что истинной страстью Морриса всегда была живопись, а не наука. Еще в 1950 году он выставлялся вместе с великим Жоаном Миро. Его увлечение сюрреализмом родилось из детской травмы: наблюдение за медленной смертью отца от ран, полученных в Первой мировой войне, заставило юношу искать способы выразить хаос бытия через искусство.
- В 1957 году Моррис организовал выставку картин шимпанзе Конго;
- Этот трехлетний примат создал более 400 работ;
- Критики прозвали Конго «Матиссом среди обезьян» и «Пикассо мира приматов»;
- Моррис использовал этот успех, чтобы показать: чувство эстетики имеет глубокие биологические корни.
Несмотря на мировую славу ученого, в 2007 году в интервью The Guardian Моррис признался в сожалении: он считал себя серьезным, но «второстепенным» художником лишь потому, что потратил слишком много времени на «другие вещи». Под этими вещами он подразумевал зоологию, книги и телепередачи, которые сделали его знаменитым.
Наследие в Институте визуальных искусств
Последние годы жизни Десмонд Моррис провел в Ирландии. Его дом под Дублином превратился в Институт визуальных искусств Dun Laoghaire (DIVA). Это стало его прощальным даром стране, приютившей его на закате дней. До самого конца он продолжал писать и рисовать, сохраняя ту любознательность, которую считал главной чертой нашего вида.
Я провел жизнь, наблюдая за людьми так же, как наблюдал бы за стадом слонов или колонией муравьев. И знаете что? Мы гораздо предсказуемее, чем нам нравится думать.
Моррис ушел, оставив после себя мир, в котором быть «обезьяной» уже не зазорно. Мы научились признавать свои инстинкты, но научились ли мы ими управлять? Или наше технологическое развитие — это просто очень сложная палка-копалка в руках все того же примата, который так и не привык к отсутствию шерсти?
